Неточные совпадения
Они заключили тут же друг друга в объятия и минут пять
оставались на улице в таком
положении.
И
остались чиновники еще в худшем
положении, чем были прежде, и решилось дело тем, что никак не могли узнать, что такое был Чичиков.
Я не обращал внимание на ее трепет и смущение, и губы мои коснулись ее нежной щечки; она вздрогнула, но ничего не сказала; мы ехали сзади: никто не видал. Когда мы выбрались на берег, то все пустились рысью. Княжна удержала свою лошадь; я
остался возле нее; видно было, что ее беспокоило мое молчание, но я поклялся не говорить ни слова — из любопытства. Мне хотелось видеть, как она выпутается из этого затруднительного
положения.
И если бы в ту минуту он в состоянии был правильнее видеть и рассуждать; если бы только мог сообразить все трудности своего
положения, все отчаяние, все безобразие и всю нелепость его, понять при этом, сколько затруднений, а может быть, и злодейств, еще
остается ему преодолеть и совершить, чтобы вырваться отсюда и добраться домой, то очень может быть, что он бросил бы все и тотчас пошел бы сам на себя объявить, и не от страху даже за себя, а от одного только ужаса и отвращения к тому, что он сделал.
Все-таки для него составляло вопрос: почему она так слишком уже долго могла
оставаться в таком
положении и не сошла с ума, если уж не в силах была броситься в воду?
Как ей быть?
Оставаться в нерешительном
положении нельзя: когда-нибудь от этой немой игры и борьбы запертых в груди чувств дойдет до слов — что она ответит о прошлом! Как назовет его и как назовет то, что чувствует к Штольцу?
Произнесенные слова поражают как громом всех. Звук изумления единодушно излетает из дамских уст; вся группа, вдруг переменивши
положение,
остается в окаменении.
Это был человек лет семидесяти, высокого роста, в военном мундире с большими эполетами, из-под воротника которого виден был большой белый крест, и с спокойным открытым выражением лица. Свобода и простота его движений поразили меня. Несмотря на то, что только на затылке его
оставался полукруг жидких волос и что
положение верхней губы ясно доказывало недостаток зубов, лицо его было еще замечательной красоты.
Получив письмо мужа, она знала уже в глубине души, что всё
останется по-старому, что она не в силах будет пренебречь своим
положением, бросить сына и соединиться с любовником.
Положение нерешительности, неясности было все то же, как и дома; еще хуже, потому что нельзя было ничего предпринять, нельзя было увидать Вронского, а надо было
оставаться здесь, в чуждом и столь противоположном ее настроению обществе; но она была в туалете, который, она знала, шел к ней; она была не одна, вокруг была эта привычная торжественная обстановка праздности, и ей было легче, чем дома; она не должна была придумывать, что ей делать.
— Отчасти, графиня, я понимаю, что
положение Алексея Александровича… — сказал Облонский, не понимая хорошенько, в чем дело, и потому желая
оставаться в общем.
Но чем более проходило времени, тем яснее он видел, что, как ни естественно теперь для него это
положение, его не допустят
остаться в нем.
Но в последнее время она узнала, что сын отказался от предложенного ему, важного для карьеры,
положения, только с тем, чтоб
оставаться в полку, где он мог видеться с Карениной, узнала, что им недовольны за это высокопоставленные лица, и она переменила свое мнение.
Он осмотрел руку, сказал, что она не вывихнута, наложил компрессы и,
оставшись обедать, видимо, наслаждался беседой со знаменитым Сергеем Ивановичем Кознышевым и рассказывал ему, чтобы выказать свой просвещенный взгляд на вещи, все уездные сплетни, жалуясь на дурное
положение земского дела.
Вернувшись в этот день домой, Левин испытывал радостное чувство того, что неловкое
положение кончилось и кончилось так, что ему не пришлось лгать. Кроме того, у него
осталось неясное воспоминание о том, что то, что говорил этот добрый и милый старичок, было совсем не так глупо, как ему показалось сначала, и что тут что-то есть такое, что нужно уяснить.
— Тем хуже. Во всяком случае, я довольно наказан. Мое
положение, с этим вы, вероятно, согласитесь, самое глупое. Вы мне написали: зачем уезжать? А я не могу и не хочу
остаться. Завтра меня здесь не будет…
От подошвы Фудзи наши герои, «по образу пешего хождения», через горы, направились в ту же бухту Хеда, куда намеревались было ввести фрегат, и расположились там на бивуаках (при 4˚ мороза, не забудьте!), пока готовились бараки для их помещения, временного и, по возможности, недолгого, потому что в
положении Робинзонов Крузе пятистам человекам долго
оставаться нельзя.
Когда дошло дело до вопроса: зачем они приехали, один переводчик, толстый и рябой, по имени Льода, стал перед гокейнсами, низко поклонился и,
оставшись в наклоненном
положении, передал наш вопрос.
Далее нельзя было предвидеть, какое
положение пришлось бы принять по военным обстоятельствам:
оставаться ли у своих берегов, для защиты их от неприятеля, или искать встречи с ним на открытом море.
Он сослался на закон, потом сказал, что это худо: «Да ведь Япония не может долго
оставаться в нынешнем ее
положении, — прибавил он, — скоро надо ожидать перемен».
И. В. Фуругельм, которому не нравилось это провожанье, махнул им рукой, чтоб шли прочь: они в ту же минуту согнулись почти до земли и
оставались в этом
положении, пока он перестал обращать на них внимание, а потом опять шли за нами, прячась в кусты, а где кустов не было, следовали по дороге, и все издали.
«Что делать, что мне делать — войдите в мое
положение: у меня пяток баранов
остался, три свиньи, пятнадцать уток и всего тридцать кур: изо ста тридцати — подумайте! ведь мы с голоду умрем!» Видя мою задумчивость, он не устоял.
Весь этот люд, то есть свита, все до одного вдруг, как по команде, положили руки на колени, и поклонились низко, и долго
оставались в таком
положении, как будто хотят играть в чехарду.
Потом стало ворочать его то в одну, то в другую сторону с такой быстротой, что в тридцать минут, по словам рапорта, было сделано им сорок два оборота! Наконец начало бить фрегат, по причине переменной прибыли и убыли воды, об дно, о свои якоря и класть то на один, то на другой бок. И когда во второй раз положило — он
оставался в этом
положении с минуту…
Бригадир понял, что дело зашло слишком далеко и что ему ничего другого не
остается, как спрятаться в архив. Так он и поступил. Аленка тоже бросилась за ним, но случаю угодно было, чтоб дверь архива захлопнулась в ту самую минуту, когда бригадир переступил порог ее. Замок щелкнул, и Аленка
осталась снаружи с простертыми врозь руками. В таком
положении застала ее толпа; застала бледную, трепещущую всем телом, почти безумную.
Как она в ее
положении перелезла через высокий и крепкий забор сада,
осталось некоторого рода загадкой.
Она как была, сидя на сундуке, когда он вбежал, так и
осталась теперь, вся трепещущая и, выставив пред собою руки, как бы желая защититься, так и замерла в этом
положении.
И вот единственно по долгу службы и по социальному моему
положению я принужден был задавить в себе хороший момент и
остаться при пакостях.
Пока она
оставалась каторжной, брак, который он предлагал ей, был фиктивный и имел значение только в том, что облегчал ее
положение.
За отсутствием Татьяны Марковны Тушин вызвался быть хозяином Малиновки. Он называл ее своей зимней квартирой, предполагая ездить каждую неделю, заведовать домом, деревней и прислугой, из которой только Василиса, Егор, повар и кучер уезжали с барыней в Новоселово. Прочие все
оставались на месте, на своем
положении. Якову и Савелью поручено было состоять в распоряжении Тушина.
Я вспомнил Дерсу. Если бы он теперь был с нами, мы узнали бы, почему соболь
остался в ловушке. Гольд, наверно, нашел бы дорогу и вывел бы нас из затруднительного
положения.
Тут я только понял весь ужас нашего
положения. Ночью во время пурги нам приходилось
оставаться среди болот без огня и теплой одежды. Единственная моя надежда была на Дерсу. В нем одном я видел свое спасение.
Приятно было
остаться ему там и потому, что он там был почетнейшим лицом на три — четыре версты кругом: нет числа признакам уважения, которыми он пользовался у своих и окрестных приказчиков, артельщиков и прочей подгородной братии, менее высокой и несколько более высокой заводских и фабричных приказчиков по
положению в обществе; и почти нет меры удовольствию, с каким он патриархально принимал эти признаки общего признавания его первым лицом того околотка.
Если бы кто посторонний пришел посоветоваться с Кирсановым о таком
положении, в каком Кирсанов увидел себя, когда очнулся, и если бы Кирсанов был совершенно чужд всем лицам, которых касается дело, он сказал бы пришедшему советоваться: «поправлять дело бегством — поздно, не знаю, как оно разыграется, но для вас, бежать или
оставаться — одинаково опасно, а для тех, о спокойствии которых вы заботитесь ваше бегство едва ли не опаснее, чем то, чтобы вы
оставались».
«И в какое трудное
положение поставила я его! Как
остаться обедать?
Ум, которому были бы известны для какого-либо ладного момента все силы, одушевляющие природу, и относительное
положение, всех ее составных частей, если бы вдобавок он оказался достаточно обширным, чтобы подчинить эти данные анализу, обнял бы в одной формуле движения величайших тел вселенной наравне с движением легчайших атомов: не
осталось бы ничего, что было бы для него недостоверно, и будущее, так же как и прошедшее, предстало бы перед его взором» (Лаплас.
Рассуждая же в восходящем направлении (ανιόντες), скажем, что она не есть душа, или ум, не имеет ни фантазии, ни представления, ни слова, ни разумения; не высказывается и не мыслится; не есть число, или строй, или величина, или малость, или равенство, или неравенство, или сходство, или несходство; она не стоит и не движется, не покоится и не имеет силы, не есть сила или свет; не живет и не есть жизнь; не сущность, не вечность и не время; не может быть доступна мышлению; не ведение, не истина; не царство и не мудрость; не единое, не единство (ένότης), не божество, не благость, не дух, как мы понимаем; не отцовство, не сыновство, вообще ничто из ведомого нам или другим сущего, не есть что-либо из не сущего или сущего, и сущее не знает ее как такового (ουδέ τα οντά γινώσκει αυτόν ή αΰθή εστίν), и она не знает сущего как такового; и она не имеет слова (ουδέ λόγος αυτής εστίν), ни имени, ни знания; ни тьма, ни свет; ни заблуждение, ни истина; вообще не есть ни утверждение (θέσις), ни отрицание (αφαίρεσις); делая относительно нее положительные и отрицательные высказывания (των μετ αύτη'ν θέσεις καί οίραιρε'σεις ποιούντες), мы не полагаем и не отрицаем ее самой; ибо совершенная единая причина выше всякого
положения, и начало, превосходящее совершенно отрешенное от всего (абсолютное) и для всего недоступное,
остается превыше всякого отрицания» (καί υπέρ πασαν αφαίρεσιν ή υπεροχή των πάντων απλώς οίπολελυμένου και έιε' κείνα των όλων) (de mystica theologia, cap.
Разумеется, если эти догматы
останутся на степени отвлеченных
положений, не имеющих убедительности для ума, но и не получающих жизненной силы веры, тогда они становятся просто сухою соломой, которая легко сгорает.
А я
остался на месте и долго стоял в одном
положении под впечатлением страдных речей странного человека.
Едва вахмистр с страшными седыми усами, стоявшими перпендикулярно к губам, торжественно отворял дверь и бренчанье сабли становилось слышно в канцелярии, советники вставали и
оставались, стоя в согбенном
положении, до тех пор, пока губернатор кланялся.
Мы застали Р. в обмороке или в каком-то нервном летаргическом сне. Это не было притворством; смерть мужа напомнила ей ее беспомощное
положение; она
оставалась одна с детьми в чужом городе, без денег, без близких людей. Сверх того, у ней бывали и прежде при сильных потрясениях эти нервные ошеломления, продолжавшиеся по нескольку часов. Бледная, как смерть, с холодным лицом и с закрытыми глазами, лежала она в этих случаях, изредка захлебываясь воздухом и без дыхания в промежутках.
Долее
оставаться в ложном
положении я не мог и решился, собрав все силы, вынырнуть из него. Я написал ей полную исповедь. Горячо, откровенно рассказал ей всю правду. На другой день она не выходила и сказалась больной. Все, что может вынесть преступник, боящийся, что его уличат, все вынес я в этот день; ее нервное оцепенение возвратилось — я не смел ее навестить.
Философия
остается в очень неблагоприятном
положении, свободы мысли нет.
У меня на всю жизнь
осталось отвращение к тому, что называют «занять
положение в обществе».
Подъезжая назад к дому, я только открываю рот, чтоб сделать Любочке одну прекрасную гримасу, как глаза мои поражает черная крышка гроба, прислоненная к половинке двери нашего подъезда, и рот мой
остается в том же искривленном
положении.
Одна мысль
остаться пятым колесом в этой игре бросала Хионию Алексеевну в холодный пот, — она слишком увлеклась своим новым
положением.
— Я думал об этом, Надежда Васильевна, и могу вам сказать только то, что Зося не имеет никакого права что-нибудь говорить про вас, — ответил доктор. — Вы, вероятно, заметили уже, в каком
положении семейные дела Зоси… Я с своей стороны только могу удивляться, что она еще до сих пор продолжает
оставаться в Узле. Самое лучшее для нее — это уехать отсюда.
В таком
положении дела
оставались до самой смерти Гуляева; старик и умер не так, как умирают другие люди.
— Знаете что, Сергей Александрыч, — проговорил однажды Лоскутов, когда они
остались вдвоем в кабинете Бахарева, — я завидую вашему
положению.
Положение дел в настоящее время таково: тюрьма выстроена в узкой долине севернее поста Дуэ версты на полторы, сообщение с постом существует только по берегу моря и прерывается два раза в сутки приливами, сообщение горами летом затруднительно, зимою невозможно; смотритель тюрьмы имеет пребывание в Дуэ, помощник его тоже; местная команда, от которой содержится караул и высылается потребное число конвоя для различных работ, по условию с обществом „Сахалин“, расположена также в упомянутом посту, а при тюрьме — никого, кроме нескольких надзирателей и ежедневно приходящего на смену караула, который тоже
остается вне постоянного ближайшего наблюдения военного начальства.